Материалы по календарной мифологии и календарной обрядности сямозерских карел (часть 3)

Материал из Сямозеро.ру

Перейти к: навигация, поиск

Сямозерский народный календарь

Сямозеро.ру >>  Сямозерье |  Научные публикации о Сямозерье  \  Мифология и обрядность сямозерских карел

Часть статьи Алексея Конкки Материалы по календарной мифологии и календарной обрядности сямозерских карел. Ссылки на остальные части можно найти в разделе Научные публикации о Сямозерье.


Зимние Святки


1. «В то время, когда слушали Сюндю, у нас был такой обычай — между Рождеством и Новым годом пекли тонкий блин, утром шли на двор, клали блин на лицо и смотрели с улицы в избу. Кто (из домочадцев) был без головы, тот в наступающем году должен был умереть» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 41).

2. На Рождество пекли овсяные лепешки synnyinpiiraid или synnyinhattarat. Первый блин, synnyinhattar относили в красный угол, shuurtshuppuh и клали на божницу перед иконами, где он лежал до Крещения, после чего его отдавали скоту. В канун Рождества, в сюннюйнпяйвя, когда пекут хлеба, первым пекут из ржаной муки «хлеб Сюндю», synnyinleibä размером примерно с блюдце. Он все Святки лежит на столе. В Святки гадали на «хлебе Сюндю». Две девушки берутся за хлеб, кладя на него сверху большие пальцы обоих рук и, придерживая слегка указательными пальцами, поднимают его немного над столом. Одна девица стоит с одной стороны стола, другая — с другой. Каждая загадывала: если хлеб в руках крутится по солнцу, значит выйдешь замуж в этом году, если против солнца — не выйдешь (МА, Антонова).

3. В деревне Ангенлахта впервые шли сеять овес, заткнув за пояс топор и положив в кошелку synnyin leiby — пирог, выпеченный из ржаной муки в Рождественский сочельник (пирог этот, накрывавший солонку, стоял на божнице). После сева пирог отдавали скотине (д. Эссойла) (Маслова 1980, с. 224).

4. В Сямозеро на Святки, за две недели до Крещения (храмовые праздники погоста в Сямозере Успение и Крещение) привозили адьво — девушек из других деревень, полное село было, по 4-5 адьво в каждом доме. Каждый день до самого Крещения проводили беседы. Старухе, у которой нанимали беседную избу, приносили парни — по 3-5 копеек, а девушки — кто крупы, кто муки, кто молока. Перед Троицей (праздник деревни Тюви, часть Сямозера в начале губы, была часовня Троицы) тоже адьво приезжали, но меньше, чем на Святки. На Успение адьво приезжали на неделю (МА, Костилов).

Kalitki 2.jpg

5. К Рождеству готовят мясо, пироги, рыбники, калитки (tshupoid), утром в Рождество ставят свечу в часовне перед иконами. Поп ходит по домам В Рождество, хоть и на третий день Рождества, молитву читает в избе, славит (Христа), когда дадут коккой, кто овса, денег, кто что дает по своим средствам. Сямозеро (KKS, V, s. 163, roshtuo). Вечером в Рождество молодые идут на беседу, а старшие ложатся спать. Сямозеро (KKS, V, s. 163).

6. Святки, время от Рождества до Крещения называлось Synnynmuanaigu. На погосте на Успение и на Крещение были ярмарки. В Святки накануне воскресения и накануне Крещения проводили складчины, synnyinpiirai. Девицы приносили муки, крупы, масла и жарили блины. Парни приносили рыбы, когда и бутылку с собой брали. На могилы ходили во второй день Рождества, во второй день Пасхи и на Успение (Emänpäivä). За неделю до Рождества начинали готовиться к празднику, мыли избу, били скот, пекли хлеба. В субботу вечером перед воскресеньем или вечером накануне любого праздника не работали — не пряли, не вязали. То же и в воскресенье. (В Заонежье вечером в воскресенье уже пряли, говорили, что неделя началась). Перед освящением воды в Крещение воду не брали. Воду и дрова во все праздники старались принести накануне с вечера до заката солнца, потом уже не носили и не давали другим из дома (МА, Успенская).

7. На Святки, сюннюйнвяли (букв. «промежуток Сюндю», synnyinväli), в промежутке от Рождества до Крещения не моют полов в избе, да и ничего другого не моют, также не полоскают в проруби веников (SKS, Härkönen, Iivo 581. Säämäjärvi 1907).

8. В Рождество парни ходили славить Христа, за это им давали мелкие деньги. На 3-4 день после Рождества славить приходили служители церкви (МА, Антонова).


Гадания (слушанья Сюндю)


9. «Мы однажды с сестрой Сюндю слушали на озере у проруби. Сестра опустила голову на край проруби, а я стоял, опираясь на палку. Рано утром — на счастье (mitä onnea kuuluu) слушали. Немного погодя послышался звон бубенцов и они с такой скоростью около нас проехали, только просвистело. Они поднялись в наш двор, лошади там фыркали, колокольчики звякали, когда распрягали лошадей. Мы пошли, зашли в избу и рассказали матери. Мать сказала, что видно девка наша выйдет в этом году замуж. Так и вышло и все было точно так же, когда свадебщики прибыли за сестрой на лошадях» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 28).

10. «Потом были опять, слушали Сюндю, нас было 3 человека, утром рано надо было идти, поэтому было тихо, побыли немного. Надо было тихо (сидеть), нельзя было ничего говорить. Скоро послышалось какое-то движение, а мы были на пороге риги, два соседа (еще) было, близко друг к другу. Послышалось будто строгали, гвозди вбивали, плакали. В том году у них умер хозяин» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 29).

11. «А потом еще слушали собаку Сюндю (synninkoira) на пороге риги, немного побыли, начало тявкать. Мы ушли, зашли в дом, рассказали что было. Соседка сказала, что, наверно, девка замуж выйдет и так и было» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 30).

12. «Один раз слушали Сюндю, нас было 5 человек, сидели, скрючившись на развилке 3 дорог, некоторые смеялись и болтали, не могут удержаться, чтобы сидеть тихо. Немного времени прошло, по озеру начала надвигаться будто большая копна сена, а росстань была на озере. Мы все испугались, побежали, в избу зашли, а хозяйка спрашивает, почему такие испуганные. Мы не успели рассказать до конца как дело было, как хозяйка пошла, закрыла (на засов) дверь, прочитала молитву. Скоро после этого стало греметь на крыльце, будто кто-то хотел ступени сломать, а во сне сказал, что если бы он догнал нас, то неизвестно куда бы попали. Нам нельзя было смеяться и идти туда потешаться. (Еще) в этих делах (слушаниях) нельзя чтобы два человека было» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 31).

13. «Сюндю слушать ходили (между Рождеством и Крещением) в какой-нибудь пустой дом или на перекресток. Если послышится звон бубенцов — к свадьбе, если послышится плач или стук — к смерти» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 38).

14. «Если в Новый год в дом первым придет мужчина, значит в доме будет в этом году все благополучно, не любили, если в дом первой приходила женщина...» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 39).

15. «В наших краях между Рождеством и Новым годом был такой обычай: брали лучину в рот и шли на озеро ее мочить, приходили в избу и поджигали горящей соломой. Если мокрая лучина горит, то наступающий год будет хорошим и счастливым, а если лучина не горит, то год будет плохим» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 40).

16. «Во то время, когда слушали Сюндю, у нас был такой обычай — между Рождеством и Новым годом пекли тонкий блин, утром шли на двор, клали блин на лицо и смотрели с улицы в избу. Кто (из домочадцев) был без головы, тот в наступающем году должен был умереть» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 41).

17. «Другой обычай был в зеркало смотреть. В одном доме была девушка, решила она увидеть какой жених у нее будет. Вечером пошла, залезла на печь и стала смотреть в зеркало, 3 свечи надо было зажечь вокруг. Другие уже спят, один парень остался сторожить — если что случиться. И случилось — немного времени она посмотрела, скоро стало показываться, а она вдруг упала, прямо на пол свалилась и умерла» (SKS, TK 46, Aleksi Koskinen, 42).

18. Гадали на Святки от Василия до Крещения, на время Вияндёй (Viändöin aiga). Васильев день назывался Вияндёй, а канун его, заговенье (31.12) — Сюндюйнпяйвя, день Сюндю (Syndyinpäivä). Syndy — Viändöi — Vieristy. Гадали (gadaitih) — смотрели в зеркало как парни, так и девицы. В избе и в бане смотрели. Слушали Сюндю (Syndyö kuunneldih) ночью на перекрестках. Женихи едут — слышен разговор, колокольчики звенят. У угла дома слушают, слышат там как в церковь пошли или что другое. Кто не боится, дак и по одному ходили слушать. А так — по 3-4 девицы и еще парни. Надо тайно ходить, чтобы узнать к кому женихи приедут. Сам лично (во время гадания) слышал как доски тесали и строгали, не прошло и нескольких дней, как был покойник в этом доме. У своего угла (своего дома) мало слушали, в основном ходили к другим домам — слушали что будет в этом доме в новом году. На перекрестках лучше слышно. На перекрестках и у углов домов закрываются, когда слушают. В банях слушали, но в основном у дорог. Когда Сюндю слушали, то платки перекидывали вперед через голову, садились в круг на корточки. Сковородником чертили круг, чтобы Сюндю чего плохого не сделала, оставляли для прохода «калитку» (вокруг всех чертили, чтобы никто не пришел). Слушали на берегу озера, но не очень часто, больше знахари. Чулок девицы мочили в проруби, от лунки надо было возвращаться, прыгая на одной ноге. Ложилась спать и во сне видела жениха. Некоторые на Святки (synnynaiga) ходили Сюндю слушать даже на кладбище (МА, Костилов).

19. Вечером перед воскресеньем и в канун других праздников смутами не ходили, не ходили и на беседы, это считалось грехом. В канун этих дней по вечерам ходили слушать Сюндю (Syndy) и гадали. Сюндю ходили слушать девушки целой артелью, ну брали они в эту артель и парня, такого парня, которому они доверяли. Бывали и такие бесстрашные, которые ходили по двое, да и по одному ходили.

Когда ходили слушать Сюндю, уже заранее сговаривались кто пойдет, у кого собираются и куда пойдут. Которого парня они хотят взять, ему уже загодя говорят и зовут в тот дом, где собираются вместе. Слушать Сюндю ходят тогда, когда уже вся деревня спит. Когда выходят из избы, никто ничего не говорит. Отправляются втихомолку, никакого шепота не услышишь.

Слушать Сюндю ходят на развилки дорог, слушают у порога и у окна риги. Когда приходят на росстань, то девицы садятся на корточки, а парень с ухватом обходит три раза вокруг девушек, а сам остается стоять и смотрит кто откуда идет, а девушки слушают.

Слышно в какой дом женихи прибыли, да слышно как на лошади едут, оттуда и женихи будут, да куда прибыли, на том сарае (в той стороне) слышно как едут на лошади. Из избы слышно как играют (на инструменте) и танцуют. А если свадьба будет, то слышно как причитывают и поют свадебные песни. А если в каком доме умрет кто-нибудь из старших в этом году, то слышно как тешут топором и забивают гвозди, со стороны того дома, в котором будет покойник (SKS, E 141, Popoff Jefim, 10).

20. Слушают у порога риги. Кто слышит, что веют зерно, та выйдет за богатого жениха, а кому прислышится, что метут пол, та — за бедного (SKS, E 141, Popoff Jefim, 11).

21. Снаружи из окна риги просовывают руку внутрь. Если возьмутся мохнатой рукой, то выйдет за богатого, а если голой рукой — за бедного (SKS, E 141, Popoff Jefim, 12).

22. Слушают лай synnynkoira «собаки Сюндю». Когда идут слушать, берут зубами с печи лучину, потом идут на берег и мочат лучину в проруби. А лучина в зубах. Намочив лучину, идут домой, ставят лучину при помощи зубов в светец не трогая ее руками. В светце лучину зажигают. Когда лучина прогорит, то угли от нее собирают с задней стороны в подол, идут на улицу, встают на левую пятку, правую ногу поднимают и слушают откуда собака Сюндю залает. Откуда собака Сюндю залает, туда и замуж выходить. Если слышно, что рядом лает, значит недалеко замуж идти, а если издалека, значит далеко замуж выходить (SKS, E 141, Popoff Jefim, 13).

Gadanie 1.jpg

23. Льют олово. Олово льют в воду, в стакан или чашку. Олово растопят, потом наливают в стакан, а в стакане вода. Олово достанут, положат на тарелку и напротив огня держат у стены, а потом смотрят на тень. Если тень покажет венец, тогда свадьба будет, если покажет хёрчча (ветвистый, колючий или бугристый предмет с выдающимися частями), то к богатству, а если будет похоже на гроб, тогда льющий олово умрет (SKS, E 141, Popoff Jefim, 14).

24. Жгут бумагу. Бумагу жгут на тарелке и держат как олово у огня и смотрят на тень. Она показывает как и тень от олова (фигуры на стене) SKS, E (141, Popoff Jefim, 15).

25. Но самое интересное это смотрение в зеркало. В зеркало ходили смотреть в те дома, в которых были печи по черному. Смотрели и с печей по белому, там, где доски потолка, как и пола, лежали в одном направлении, вдоль избы. Когда все в деревне лягут спать, тогда в эти дома собирались гадающие смотреть в зеркало.

На край печи со стороны избы клали сковороду. По краям сковороды устанавливали три свечи, а внутрь сковороды ставили зеркало. Остальные все ложатся спать, остается только тот, кто будет смотреть в зеркало. Гадающий молча открывает левой пяткой дверь, потом поднимается на печь, зажигает свечи по краям сковороды, берет еще одну свечу в руку, зажигает ее, потом ложится на спину, кладет голову к сковороде, в руке у него свечка на груди, а в другой руке у него еще одно зеркало, тоже на груди, а сам смотрит над своей головой в зеркало, находящееся на сковороде.

Gadanie 3.jpg

В зеркале можно увидеть: кто за кого выйдет замуж или родит сына, такая картина в зеркале будет. А если кому умереть, то увидит, что гроб принесли. Что будет, то и покажется в зеркале (SKS, E 141, Popoff Jefim, 16).

26. Однажды стал в зеркало смотреть один парень. Парень тот был очень смелым, он не боялся ничего, ни огня, ни смолы. Когда он собирался смотреть в зеркало, ему еще сказали: «Ты, смотри, не испугайся, чего бы ни увидел». А он ответил: «Я, я ничего не боюсь, пусть хоть сам сатана приходит». Все сделали — положили сковороду и свечи, а сами улеглись спать.

Парень тот пошел, открыл дверь пяткой левой ноги и поднялся на печь. Немного посмотрел в зеркало и вдруг очень сильно вскрикнул. Другие вскочили, полезли на печь, видят — а у парня все лицо черное. С печи его сняли наготово, сам он и не смог бы слезть. На полу лежит, другие его растирают да трясут его, попозже пришел в себя и спрашивает: «Где это я?». Другие говорят: «Где ты, ты на полу. Смотрел в зеркало пока что-то не увидел и сильно испугался». Парень только охнул.

Потом стал рассказывать. «Я поднялся на печь, стал смотреть. Немного посмотрел, никого нигде не видно, не слышно и шороха. Смотрю, вдруг появилась солдатская одежда, а никого нигде не видно, а потом появился („принесли“) гроб и этот гроб принесли прямо к моей голове. В гробу был я. Это я очень хорошо видел, потом я испугался, еще закричал вам, а потом ничего не помню как и на пол попал».

Этот парень ушел в солдаты в том году. Отслужил уже больше трех лет, скоро бы уже вернулся домой. А потом почему-то ослаб, заболел и умер" (SKS, E 141, Popoff Jefim, 17).

27. Слушали Сюндю на росстанях у деревни, сидели в промежутке между дорогами, в углу. Ходили слушать около часу ночи. Один, кто был постарше, обходит со сковородником в руке слушающих (не чертит по земле). Слушаем. Слышно было как Сюндю ходит кругом — рух-рух-рух. Потом услышали, как стали копать яму на кладбище, по земле стучат, копают. У соседнего дома стучали, доски тесали, гроб сколачивали, запели молитву. Через несколько дней сосед умер. Было это в 1926 году. В зеркало смотрят. Дверь в избу открывают пинком ноги, повернувшись к ней спиной, и садятся. Сидят между двух зеркал при свече. Брат в зеркало смотрел — гроб увидел. Хозяин хомут одевает на шею и сидит под столом в избе, слушает что будет в доме в наступившем году (МА, Кузнецов).

28. Сюндю слушали во дворе, на дорогах. Слушать надо было на четвереньках (на карачках), koveruizilleh. Собачий лай слушали (букв. «заставляли лаять» haukutettih). Говорили: «Откуда жених будет, пусть оттуда собака залает». И залаяла ведь (рассказчица о собственном гадании) — со стороны берега.

Перед сном 3 раза опускали обутую ногу в прорубь и говорили: «Кто суженый(ая) будет, пусть тот(та) придет ногу раздевать». Во сне видели суженого. Ходили слушать под окнами изб, «брать слова» (sanoja ottelemah). Если в доме говорили о богатстве — богатым будешь, если о бедности — будет бедная жизнь. Жгли лучину — если хорошо горела, то и жизнь обещала быть хорошей. В зеркало смотрели — парню девушка должна была появиться, а девушке — парень. Два сына А. Н. смотрели в горнице на столе в зеркало. Один увидел девицу, а второй — нет (МА, Антонова).

29. Когда «слушают Сюндю», то не очертившихся до конца или тех, кто вышел за круг, Сюндю может утащить (Syndy vedäy). Слушали на озере около прорубей (МА, Успенская).

30. «На Святки (synnynmoanaigah) ходят слушать Сюндю под дверью бани, где есть опаленная туша свиньи. Только туда идти — надо иметь сердце как камень. Там, когда слушают, то из бани разговаривают со слушающим и расскажут ему, что с ним в будущем случится. Только когда с ней разговариваешь, надо помнить первое (сказанное) слово и сказать его последним. Кто помнит то слово, с которого завел разговор, тот сможет уйти прочь, а если не сможешь сказать, то там и останешься (пропадешь)» (SKS, E 141, Popoff Jefim, 39, 1936).


Ряженье. Крещение, купание в иордани.